facebook  ВКонтакте  twitter
Журнал выходит ежемесячно. Основан в 2018 г.   МОИ ЗАКЛАДКИ
№6/июнь/2019 г.
» » Владимир Пимонов. ЗВЁЗДОЧКА ДЛЯ ЛИДУСИ

Владимир Пимонов. ЗВЁЗДОЧКА ДЛЯ ЛИДУСИ


(рассказы)


ДЕВОЧКА

Лидуся стоит у окна. «Я никому не помешаю», - объявила она и приникла к стеклу. Здесь, на двенадцатом этаже у нее наблюдательный пункт.

- Сегодня на улице появились женщины, - комментирует увиденное теща. - Вчера женщин вообще не было, одни только мужчины ходили.

У нее есть свои приятели - слепой дедушка и моложавый пожилой человек, который каждое утро делает зарядку на детской площадке.

Лидуся с ними разговаривает. Но как они могут ее услышать - ведь она на двенадцатом этаже и окно закрыто. Впрочем, очень может быть, что слышат - ведь моя теща может общаться на уровне подсознания.

- О, мой дедуганчик идет с палочкой. За хлебом ходил, теперь возвращается. Ой, смотрите, он остановился и машет мне рукой!

Лидуся щурится и задорно смеется, как девочка. Месяц назад этой девочке исполнилось восемьдесят лет.



ВЕРА

Наша бабушка, ну, теща моя - человек верующий, но невоцерковленный совершенно (или наоборот - невоцерковленный, но верующий. Так даже точнее будет). Каждую ночь Лидуся что-то шепчет, лежа в своей постели. Я иногда напрягаю слух и слышу слова из «Отче наш...», или «Помоги, Боже, моему сыну, моей дочери, моим внукам».

Как-то ходили мы с ней в Лавру. Взял для нее свечку в свечной лавке. Она подошла к Тихвинской иконе Божьей Матери, зажгла, постояла с ней немного. И поставила в подсвечник.

Народу в Лавре много, суетно, прихожане и туристы ходят толпами, задевают друг друга. А Лидуся стала на одном месте, службу не слушает, смотрит на свою свечку, даже не смотрит - оберегает. Ей кто-то когда-то сказал, что нужно оберегать свечу, чтобы она преждевременно не потухла. А тут бежит уборщица, которая работает в храме. Она выверено, что называется, на автомате тушит догорающие свечи, выбрасывает их в специальные ящики, очищает от воска подсвечники. Ну, естественно, сцепилась с нашей Лидусей, которая нависла над своим «огоньком», как скала. Уборщица оказалась ловкой и дерзкой на язык. Она как-то изогнулась, выскочила «из-за скалы», потушила тещину свечу, бросила ее в ящик.

Лидуся опешила: «Как так?». Блаженство, с которым она смотрела на икону и свечу, с ее лица будто смахнули. Она стала мрачной и грустной. Постояла еще немного, развернулась и пошла на выход, немного пошатываясь...

…Сегодня с утра я зашел в комнату. Лариса сидела за компом, бабушка стояла, как обычно, у окна. «Девочки мои, - сказал я им. - Простите меня, грешнаго!».

«А? Что?» - Не поняла Лидуся.

«Сегодня Прощеное воскресенье, - мы с Ларисой стали ей дружно объяснять что к чему. - Нужно у всех просить прощение и прощать всех за нанесенные обиды».

Теща заулыбалась. Правда, прощения просить ни у кого не стала, зато со значительностью произнесла: «Прощеное воскресенье, гм. Бог это правильно придумал».



ВЫБОРЫ

Вечером Лидуся приняла ванну. Негоже идти на выборы, не помывшись, решила она.

Спала плохо. Почему-то волновалась. Прислушивалась к себе. К своему здоровью. Выдержит ли левая нога завтрашний поход? Не подведет ли? Не подвернется ли посреди дороги на ледяных колдобинах?

Под утро приснился отец. Бенедикт зашел в дом, и объявил, что траву для кроликов накосил, и теперь он идет голосовать, давайте, мол, паспорта.

«Ой, надо бы не забыть паспорт!» - С этой мыслью Лидуся проснулась. Нога не болела, но, пока ходила в туалет, норовила подвернуться. На кухне выпила утреннюю горсть таблеток - эта от сахара, эта половинка от сердца, эта от давления. После лекарств обязательно нужно покушать. Немного - ложку картошки, кусочек хлеба.

Зять уже поднялся. «Ну, что пойдем?» - Спросил он. «Я быстро», - заверила его Лидуся. Достала из шкафа свое любимое платье в клеточку, пальто, шапку, которую специально для нее передали знакомые дочери. Уже в коридоре вспомнила, что забыла вставить зубы. «Это же самое главное!». Перед выходом, пошарила по карманам, - платочек на месте, очков, правда, нет - поломались. «Может, стоит взять лупу? - Подумала. - А, обойдусь без нее. Мобыть, так увижу».

На улице вовсю светило солнце. Было холодно. Но душа почему-то пела. Лидуся взяла зятя под руку, и они пошли к школе. «О, смотри, какие брюки у мужчины отутюженные, стрелочки наведены. Тоже на выборы собрался».

Дорога от дома до перекрестка вся была в колдобинах. «Нет, одна бы я не дошла», - подумала Лидуся. У школы, где располагался участок, выставили торговые палатки. «Нужно будет потом обязательно посмотреть, чем торгуют. Возможно, что-то не дорогое выбросят. У нас в Енакиеве всегда так делали».

На входе их встречала женщина милиционер.

- Скажите, куда нам идти голосовать?
- А где вы живете?
- Глинки 8А.
- Вам на второй этаж.

Лидуся вздохнула, лестница довольно крутая. Но она собралась с духом, уцепилась за руку зятя и ступила на первую ступеньку. Через пять ступенек остановилась. «Давай отдохнем». Потом решила держаться за перила, отказавшись от помощи. Она двумя руками цеплялась за прутья перил и подтягивала свое в раз потяжелевшее тело. Тяжело дышала, но медленно и уверенно, как Александр Матросов, двигалась вперед. Отдыхать останавливалась всего три раза.

На избирательном участке народу было еще мало. Утро, выходной день, все спят. В комнату весело заглядывало солнышко. «Как Ваша фамилия?» - Спросила доброжелательная женщина. «Потрахова Лидия Бенедиктовна». «Вам на букву П. Сюда».

Лидуся села перед женщиной из избирательной комиссии. «Давайте Ваш паспорт. По какому адресу Вы живете?».

И тут Лидуся расплакалась. «Я с Украины, деточка, приехала». И тут же осеклась, паспорт ведь у нее нормальный, российский, два года назад получила.

Подпись в регистрационной книге выводила долго, тщательно. Ей дали бланк для голосования, с которым она пошла в кабинку. Вышла оттуда довольно быстро. «Всё увидела, - объявила она. - Хорошо, что лупу не стали брать!».

Ей помогли определить ее бланк в электронную урну. Всё. Дело сделано. «Ракета полетела, - сказал зять. - По нужному адресу, в направлении правильной цели».

На выходе стоял парень с планшетом. Он проводил опрос, кто за кого голосовал. Как правило, мимо него все проходили молча, некоторые даже демонстративно отворачивались. Среагировала одна Лидуся. На вопрос наблюдателя - «За кого голосовали?» - она с гордостью, и даже с вызовом заявила: «Я голосовала за стабильность!».



ЗВЁЗДОЧКА

На первый взгляд, она эгоистка, собственница. «Моя ложка» (с чуднЫм углублением. Вилку категорически отрицает), «мой нож» (самый маленький, с заостренным носиком - им удобно картошку чистить), «моя кружка» (синего цвета, пластиковая, ручка отломана), «моя миска» (небольшая, с темно-зеленым стандартным узором).

Она еще вспоминает «мой дом». Все реже, правда. Но каждый раз пронзительно. «Зачем же я уехала? На кого оставила МОЙ ДОМ? Там уже и трубы все полопались, и крыша потекла. Этот дом строили МОИ родители - папка и мамка. А я раствор замешивала», - в такие минуты Лидуся безутешна. И утешать ее бесполезно - сорвется, наговорит таких гадостей и глупостей, что неделю потом отходить будешь. Лучше молчать. Пока не выговорится, пока не успокоится.

Недавно в разряд «моих» добавились тапочки. «Мои тапочки» искали для нее почти год. Уж очень проблемная у Лидуси нога - с огромными шишками-косточками на стопе. Да и угодить ей непросто - то фасон не такой, то цвет неподходящий, то резинка давит или подошва слишком мягкая... А тут случайно на выездном рыночке перед Сбербанком в одной из палаток нашли.

Продавщица особо не настаивала, но, как бы между прочим, посоветовала: «Возьмите вот эту пару, на размерчик больше, - но все равно у нее нога опухать будет. У всех бабушек опухает, а это бабушкинский вариант. Их сейчас не в каждом магазине купишь». Цена оказалась не то чтобы подходящая - просто смехотворная - 200 рублей. Принесли домой. «Держи, Лидуся, меряй!».

Боже, сколько радости было! Она целый день ходила в этой обуви. Пыталась подпрыгивать, чуть ли не спала в них. «Мои тапочки»...

Вечером Лидуся смотрит на небо. Там, в аккурат, над Гранд-парком, если нет туч, появляется Венера (у меня с астрономией вообще никак, но кажется, это все же Венера). «Лариса, посмотри, там не появилась моя звёздочка?» - Просит она свою дочь, мою жену. «Появилась, мам», - Лора отодвигает занавеску.

«Моя звёздочка», - ласково шепчет Лидуся. Она уже готова расплакаться от умиления: «Когда она светит, душе моей почему-то становится тепло и спокойно».

Я смотрю на свою тещу. Потом на небо, нахожу там «Лидусину звезду». Ну, звезда и звезда - холодная, слегка подмигивающая и бесконечно далёкая.



БЛОНДИНКА

Лидуся надумала покраситься. В платиновую блондинку. Ну, или какой там сейчас цвет прически у Неймара?

Лариса ей сказала: «Не вздумай сама - волосы пожжешь. Я тебе помогу на выходных».

И вот пришли выходные. Лидуся с утра на кухне - дежурит. В руках тюбик с краской и коробочка от него, на котором инструкция. Чтобы не смущать женщин, я по быстренькому выпил чаю и покинул помещение. Началась процедура покраски.

В комнате я включил телевизор. Сделал громче звук. Правильно, кстати, поступил. Тем не менее, несмотря на громкость телевизионного ящика в уши буквально вонзались Ларисыны реплики: «Мама, убери руки!», «Мама, наклони голову!», «Мама, не мешай мне!».

...И вот процесс завершен. Теща - ни дать, ни взять - Мерилин Монро. Стоит перед зеркалом, расчесывается. Мне хочется выбежать на улицу и прокричать на весь проспект Красной Армии: «Красота вернулась!».

Впрочем, зачем ёрничать? И я говорю себе, посмотри, сколько жизни в этой пожилой 80-летней женщине, как она держится, как старается выглядеть моложе, как находит мотивацию в таком непростом, агрессивном и недобром мире...

Но Лидуся не дает мне додумать мысль до конца. Она, как обычно, считывает все, что в моей голове (да-да, она обладает таким даром!), и со вздохом начинает причитать:

«Надоело всё! Я каждую ночь перед сном прошу Бога, чтобы он забрал меня. Сколько уже можно жить!».



ГЕРОЙ

Вот вы думаете, что Лидуся, - это человек реальный. Знаете, до последнего времени я и сам так думал. Но оказалось, что моя теща ко всему прочему еще и литературный герой. И теперь я могу с ней делать что угодно. Ну, например, почему бы не назначить Лидусю каким-нибудь министром. мне кажется, она бы прекрасно справилась с оборонным ведомством. А что - человек она волевой, прямой, бескомпромиссный, всегда стоит на своем, да к тому же еще и герой, хотя и литературный.

В прошлом году Лидуся подвернула ногу. Как дело-то было? Поехала она в нугабест. знаете, что это такое? Такая себе южнокорейская контора, которая впаривает пенсионерам разные штучки, начиная с массажной медицинской кровати, заканчивая браслетами с чудодейственными камушками. На мой взгляд, шарлатаны по типу гербалайфов только с оригинальной методикой продаж. Но Лидуся плевала на мое мнение, она свято верила (да и продолжает верить) в корейскую чушь и старалась каждый день посещать фирму, тем более там бесплатно разрешали полежать на массажной кровати.

Кстати, будь на то Лидусина воля, она бы всю свою пенсию (пришлось бы около года копить) на нугабестовскую кровать и потратила (слава Богу, что квартира у нас маломерка и пристроить целебное ложе можно, разве что, на потолок). Пора, впрочем, заканчивать с нугабестом, а то получается, что я рекламирую не пойми что.

Возвращаемся к тому злополучному дню, когда теща подвернула ногу. Обычно Лидуся в своих передвижениях старается не пользоваться транспортом, хотя корейский центр тогда находился на другом конце города. Так и получилось: до Воробьевки она дошла пешком, а обратно – когда душа после массажа пела и крылья за спиной трепетали – пришлось ехать на маршрутке, поскольку стало моросить. Пока газель дрыгалась в пробке на проспекте Красной Армии, дождик закончился, и Лидуся решила сойти на Дворце. И вот, в тот момент, когда она уже собиралась ступить с подножки на асфальт, у нее подвернулась стопа (кажется, правая).

Короче, Лидуся упала. Девушка, которая стояла рядом, на остановке, тут же бросилась ее поднимать. «Бабушка, давайте помогу!». Но теща, увидев, что девушка в рваных джинсах, от помощи категорически отказалась. «Деточка, ты сначала брюки свои зашей», - сказала Лидуся, и, сцепив до скрипа зубы (точнее, зубные протезы), поднялась сама.

Домой пришла туча-тучей. «Мама, что случилось?» - забеспокоилась Лариса. «Ничего не случилось», - будто ножом рубанула теща и включила телевизор, где в тот момент по РЕН-ТВ шла ее любимая передача про инопланетян.

На следующий день Лидуся опять собралась в нугабест. И снова решила идти на Воробьевку пешком. «Клин клином вышибают», - упрямо твердила она всю дорогу, пока нога (та самая!) не подвернулась. Произошло это практически на том же самом месте, у Дворца.

Чудом теща доползла до квартиры, завалилась на тахту, повернулась к стене и тихонько, чтобы никто не слышал, заплакала.

С тех пор Лидуся перестала вообще выходить на улицу, когда-никогда выбиралась на балкон и смотрела грустными глазами вдаль.

Вы спросите, что тут героического и, причем здесь руководство министерством обороны?

А вот в причем. Не так давно нашей бабуле пришла в голову идея - походить по стадиону с лыжными палочками. Где-то она вычитала, что скандинавская ходьба омолаживает и восстанавливает здоровье. Сказано-сделано, Лидуся нашла на балконе старые лыжные палки, оделась во все черное, - черные брюки, черный свитер, черная шапочка, сверху - бордовую безрукавку. И пошла. Мы с Ларисой приникли к окну.

«Видишь ее? – спросила меня Лора. – Кажется, вон она, у шлагбаума». Мы прищурились.

Действительно это была Лидуся. Она остановилась, прислонила палки к стене дома, нашла глазами наше окошко на двенадцатом этаже и, приложив к голове правую руку, отдала нам честь. по-военному, как Шойгу Сергей Кужугетович.



ПЛОВ

«Вов, что это ты горбишься?» - спрашивает меня Лидуся в тот момент, когда я уже выключил компьютер и встаю из-за стола. В прошлый раз я плёл что-то насчет неба, которое почему-то потяжелело, и я уже устал держать его на своих плечах. На этот раз нужно новую рассказку придумать.

- Это у меня крылья растут, - говорю я и пытаюсь выпрямить спину.
- Что растет? – не расслышала Лидуся.
- Крылья, мам Лид.

Теща сначала негромко хохотнула, потом задумалась:

- Смотри, как вырастут, не улети от нас.
- Если даже вырастут, все равно буду пешком ходить, - заверяю я. – Так что не улечу и далеко не уйду.
- Предупреждаю, я за тобой гоняться не буду! - Фыркает Лидуся и надевает на лицо маску суровой герцогини.
- Что мне делать? – спрашивает она через несколько минут. Мне хочется заставить принять ее упор-лежа, и десять раз отжаться от пола, но не изверг же я какой. Поэтому предложение у меня простое, подкупает своей неподдельной гастрономичностью и подхалимством: «Сегодня будем готовить плов. Я – узбек. Вы – мой поваренок. Принято?».

Лидуся, от радости вспорхнула бабочкой и облетела кухню три раза. Она давно уже просит приготовить плов – уж очень ее смущает стоящий на верхней полке казан, который привезли мне из Ташкента, и который, по её мнению, без дела уже покрылся окислениями. «Принято!».

Лук, морковка, куркума, зира, черный перец, чеснок… Что еще? «Может, яйца отварить?», - пытается сбить меня с мысли теща. Нет, яйца в плов не нужны. Рис, шафран, о, хмели-сунели имеются… пойдет. «А яблоко будем добавлять?» - Лидуся все же хочет поэкспериментировать с рецептурой. «Нет, мам Лид, не будем. Яблоки – это когда капусту квасят. Вы лучше морковку помойте, и еще лук нужно почистить». «Сейчас!» - Лидуся с воодушевлением хватается за работу.

Ну, а мне предстоит самое трудное – купить мясо. «Возьми крольчатины! - Кричит мне с кухни теща. – Мой папка, когда кроликов держал, всегда их готовил».

Я выскакиваю из квартиры. На улице валит снег. На меня накатывают воспоминания. Мы тоже держали кроликов. Летом моей обязанностью было нарвать им два мешка травы. Ежедневно. Лебеду и полынь не нужно.

Мой отец тоже готовил кроля. Точнее, готовила его мама, он забивал, снимал шкуру. Один раз я увидел, как папа это делает. С тех пор я мясо не ем. Ну, как не ем? Изредка. После пары рюмочек водки могу проглотить кусочек, не разжевывая. Ну, и как, мне такому закоренелому вегетарианцу готовить плов? Да, легко! Первый раз, что ли?

Баранины в магазинчике не оказалось. Взял кусок, где меньше всего жира. Ну, так и есть – свинина. Плов со свининой. Ау, узбеки! Вы еще не блеванули?

Теперь еще про рис не забыть. Чтобы был цельненький, беленький, округленький. Ну, надо же, нет такого! весь какой-то дробленый, шлифованный. Из такого риса не то что плов, нормальную кашу не сваришь. Приходится брать длиннозернистый, желтенький, с острыми кончиками. Вроде бы, бубочка к бубочке. Пойдет, главное, чтобы не слипся.

Пока бегал в магазин, Лидуся уже все приготовила – и морковь, и лук, и… яйца сварила. «Мам Лид, ну, нафига! Зачем яйца?» - негодую я. «Так сделаем салат - с яйцами, сыром и чесноком, - резонно замечает теща. – Это любимый салат моего сыночка»...

Ну, что, рассказывать пошагово, как я плов делаю? Наверное, нет особого смысла. Разве что для ритма? – рис замочил, казан Лидуся отдраила еще до моего прихода из магазина, залили в него масло, поставили на плиту. «Ну-ка, скатерть самодранка!», - это моя присказка перед любой готовкой. Что делать с морковкой? Правильней соломкой нарезать, но это же муторно. Давайте, Лидия Бенедиктовна, по-нашему, - на терочке. Трите, трите, только пальцы не сотрите. А я пока мясом займусь. Ох, глаза бы мои на него не смотрели! Но смотреть приходится. «А, помнишь, Вов, как мы корову держали?» - Лидусю надирает поговорить. Оно вроде бы и ничего, но зачем про корову, которую потом пришлось валить? Я ее держал за повод врастяжку, а Сережа, тещин сын, обухом топора или кувалдой – не помню уже чем - по лбу фигачил. Как я тогда в обморок не упал? Наверное, потому что самогонки дерябнул.

«Корова такая умная была, - как с другой планеты доносится до меня Лидусин голос. – Сколько она молока давала! Я его пила и у меня лицо было белое».

Кусочки должны быть одного размера. Как же не люблю я с мясом возиться! И тут теща хватает кусочек – «самый маленький» - и начинает с удовольствием жевать. Сырой! Ох, Лидуся-Лидуся.

- А мне сегодня песня приснилась, - откровенничает мама Лида, когда я,весь в слезах, нарезаю кольцами лук.
- Какая же?
- Забыла. Только что помнила. И забыла.

Ладно, вспомните, споете потом.

Самое прикольное, когда готовишь плов, добавлять в мясо морковку и лук. Чувствуете запахи? Нет? А так? Это я специй добавил. Скажите же, что я змей-искуситель? И да, за водкой бежать не надо. У нас все есть. И солененький огурчик. Как вам плов под водочку, да с солененьким огурчиком?

Теперь немного осталось. Рис засыпан, вода уже выкипает. Соседи с мисками выстраиваются в очередь у дверей нашей квартиры. Не-не. Никому не дадим. Самим мало. Правда, Лидуся? Но она не слышит, она песню вспомнила: «Ночь коротка, спят облака, и лежит у меня на ладони незнакомая Ваша рука».

Красиво же! И вкусно.



МЭР

День начинался так: я заскочил в маршрутку. А тут меня прямо на входе встречает парнишка неожиданным «здравствуйте! Как у вас дела?». Я опешил. 5 часов 50 минут, в голове ничего, кроме как - скорей бы до электрички и подремать. И тут незнакомый человек с лучезарной, можно сказать, улыбкой интересуется моими делами. Мне, конечно, хотелось поведать ему про Лидусю, которая не спала всю ночь, про Юку, у которой только вчера закончилась течка, о недавно выпущенном номере журнала, вобщем, во всех подробностях ответить на его вопрос, но решил все же соблюсти политес: улыбнулся и ответил с придыханием: «Нормально». Парень одобрительно кивнул и сел напротив девушки, которая все время прятала в воротник свою улыбку и сверкала глазами. Как я понял из дальнейшего расклада - ребята знакомы, более того, из одной компании, и, похоже, едут за водкой. Ещё раз напомню про время - 5 часов 50 минут. Кромешное, так сказать, утро. Мужик, сидящий в самом конце салона, забеспокоился: «Водитель, долго ещё стоять будешь?». На что водитель сделал погромче «Дорожное радио». Тут в маршрутку вошла пожилая женщина в очках. «Здравствуйте! - громким приветствием встретил ее парень. - Присаживайтесь здесь, пожалуйста. Как ваши дела?». Женщина уселась, громко выдохнула и заулыбалась в ответ: «Хорошо, дорогой. У тебя-то как?». Тут парень просто расцвёл: «Спасибо, что поинтересовались. У меня все прекрасно. А как ваши дети?». «Живут помаленьку, работают, все у них нормально. А ты, смотрю, такой веселый и жизнерадостный - это хорошо». Дверь в маршрутке закрылась, и машина тронулась в сторону вокзала. «А вы проголосуйте за меня на выборах и я стану мэром Сергиева Посада, - вдруг предложил парнишка, - и всем в городе будет весело. Денег, правда, не обещаю, зато ржач постоянный гарантирую. Спросят меня, где миллион? А я: да хрен его знает. На новогодние елочки всё спустили!». Девушка, ну, которая с парнем, перестала хихикать и зашипела на него, мол, дошутишься сейчас, и вообще, нам выходить пора, смотри, «Колониальные товары» открыты? Ребята выскочили на Дворце, в маршрутке стало как-то пусто и уныло. Подумалось: «Нет, они не за водкой, скорее всего им вино нужно - красное, полусладкое». И дальше уже со всей серьёзностью: «А что, я бы за такого мэра проголосовал. Веселый, вежливый, всем здоровья желает, в маршрутке ездит».







_________________________________________

Об авторе: ВЛАДИМИР ПИМОНОВ

Родился в Донецкой области в 1964 году. Окончил Московский геологоразведочный институт. Работал слесарем на металлургическом заводе, помощником бурильщика, буровым мастером, чернорабочим в монастыре, корреспондентом, менеджером. Издавал литературный журнал «Родомысл». Печатался в различных изданиях – «Литературная газета», «НГ-экслибриc», «Кольцо А», «Дети Ра», «Бельские просторы», «Нижний Новгород», «СловоWord». Автор трёх книг: «Пастушьей сумки патерик», «Папа и голуби» – проза, «Гудели шмелики» – стихи. Член Русского ПЕН-центра.




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
271
Опубликовано 29 апр 2019

ВХОД НА САЙТ